Метал и всё, что из него делают

Ранний бронзовый век. Циркумпонтийская металлургическая провинция – 1 фаза, основные культуры.

Гороскоп лев на неделю. Женский гороскоп на сегодня .
astro-helen.ru

С наступлением раннего бронзового века на рубеже IV и III тыс. до н.э. наблюдаются значительные культурные перемены. Они прослеживаются на обширных пространствах Евразии, но особенно заметны в Юго-Восточной Европе. Здесь бесследно исчезают яркие энеолитические культуры с расписной керамикой, а вместе с ними разрушается система Балкано-Карпатской металлургической провинции. Эти события связывают с первой мощной миграцией древнейших индоевропейских племен, переселение которых охватило обширную зону вокруг Черного моря.
Локализация индоевропейской прародины до сих пор является объектом острых дискуссий. Ее помещают то в Карпато-Дунайской области, то в западной части степного региона Евразии (Прикаспийская область, Северное Причерноморье), то в Передней и Малой Азии. Однако многие исследователи предпочитают видеть в роли древнейших индоевропейцев носителей курганных культур юга Восточной Европы, и прежде всего ямной культурно-исторической общности. Анализ лексики, связанной с индоевропейским «праязыком», свидетельствует о том, что он зародился и развивался в среде подвижных скотоводов и коневодов, знавших колесо и колесный транспорт, использовавших фургоны на колесах, освоивших начатки земледелия, развивающих навыки обработки меди и бронзы. Образ жизни ямных племен в наибольшей мере соответствует реконструируемой картине, поэтому их связь с древнейшими индоевропейцами выглядит вполне вероятной.
По данным археологии известно, что ямные племена совершали дальние миграционные броски из Северного Причерноморья на запад и юго-запад. Возможно, именно они уничтожили балкано-карпатские культуры энеолита. Первые ямные погребения со скорченными и окрашенными костяками появляются в Нижнем и Среднем Подунавье именно на рубеже энеолита и бронзового века.
По-видимому, ямные племена во время своих дальних походов не только разносили индоевропейскую речь, но и распространяли в северо-западной части Циркумпонтийского региона новые технологии обработки металла и новые типы орудий труда и оружия, отличные от энеолита. Неизвестный ранее стереотип металлургического производства связан с формированием Циркумпонтийской металлургической провинции (далее ЦМП), существовавшей на протяжении раннего и среднего бронзового века на огромной территории, расположенной преимущественно вокруг Черного моря. Она охватывала Балкано-Карпатье, юг Восточной Европы, Кавказ, Месопотамию, Юго-Западный Иран, Анатолию, Эгею, Левант.
Циркумпонтийская провинция объединяла культуры, сильно различающиеся и по географическому положению, и по характеру производящего хозяйства. В северной зоне провинции преобладали культуры, практиковавшие подвижные формы скотоводства полукочевого или даже кочевого типов (ямная культурно-историческая общность юга Восточной Европы, усатовская культура Северо-Западного Причерноморья). В южной зоне провинции, напротив, преобладали культуры, основу жизнеобеспечения которых составляло земледелие, лишь дополнявшееся скотоводством (культуры Эзеро на Балканах, Троя I в Анатолии, куро-аракская в Закавказье и др.).
При различиях в укладе хозяйства обе зоны обнаруживают много черт сходства. Кроме металлических изделий, некоторых видов керамики, погребальных обрядов; они проявляются и в том, что вдоль всего причерноморского кольца в раннем бронзовом веке возникают укрепленные поселения с валами и рвами и даже каменные крепости. Никогда прежде они не представляли собой столь массового и регулярного явления. По-видимому, военные столкновения в эпоху сложения ЦМП имели регулярный характер и сыграли немалую роль в оформлении стереотипа ее материальной культуры и производства. Но модель сложения ЦМП, по-видимому, следует связывать и с мирным взаимодействием различных групп населения, с его тесными обменными и культурными контактами.
В истории ЦМП можно выделить две основные фазы. Первая датируется преимущественно III тыс. до н.э., не заходя в пределы его последней трети; вторая — последней третью III — первой третью II тыс. до н.э. Вместе с тем в различных регионах ЦМП граница между первой и второй фазой имеет плавающий характер. С первой фазой можно связывать ранний бронзовый век, тогда как со второй — средний бронзовый век.
Для большинства производственных очагов ЦМП в раннем бронзовом веке характерно пять главных видов орудий труда и оружия: 1) втульчатые топоры, 2) черенковые ножи и кинжалы, 3) шилья с четырехгранным утолщением — упором, 4) долота с аналогичным упором, 5) уплощенные тесла-долота. Эти виды орудий и оружия варьировали в пределах разных очагов как по количественному соотношению друг с другом, так и по некоторым деталям формы.
Отличительной особенностью очагов раннего бронзового века в системе ЦМП является полное сходство технологии отливки топоров в двустворчатые литейные формы открытого типа. Такие формы, изготовленные из глины или камня, встречены во многих памятниках Закавказья, верхней Волги, Балкан. В это же время начинается широкое употребление сплавов меди с мышьяком — наиболее характерных для ЦМП. Они доминируют на Кавказе, в Анатолии, в Эгейском бассейне. На северо-востоке Балкан и в степях Восточной Европы наряду с ними продолжали использовать чистую медь. На периферии ЦМП (северо-запад Балкан, Поволжье, Южный Урал) орудия еще долго отливались из чистой меди, искусственные сплавы в раннем бронзовом веке здесь освоены не были.
Невзирая на токсичность мышьяковых сплавов (улетучивание ядовитых паров мышьяка при нагреве), их открытие было гигантским шагом вперед в техническом прогрессе древних обществ. Они отличались более высокой, чем медь, жидкотекучестью, то есть способностью заполнять без застывания все полости литейной формы, а также более высокой твердостью (до 200 единиц после холодной ковки).
В системе ЦМП лучше всего изучены Кавказ, Северное Причерноморье, Балканы, отчасти Малая Азия. На рассмотрении культур и производственных центров этой зоны мы и сконцентрируем внимание.
В Анатолии в раннем бронзовом веке особая роль принадлежала западному или троянскому металлургическому очагу. Его продукция представлена коллекциями металла Трои I и ряда эгейских островных поселений (Полиохни, Терми). Она состоит из втульчатых топоров, вогнутолезвийных кинжалов, ножей, плоских тесел-долот. Все эти изделия отлиты из мышьяковых бронз; скорее всего, они связаны с месторождениями Центральной Анатолии.
На холме Гиссарлык, который отождествляется с Троей, было обнаружено 9 слоев, относящихся ко времени от III тыс. до н. э. до римской эпохи. С бронзовым веком связано 6 нижних поселков Трои. Материалы первого из них и являются культурой Трои I.
Жители Трои I строили четырехугольные дома с портиком, открытым во двор (мегаронного типа). Стены возведены из камней, скрепленных глиняным раствором. Поселок окружала каменная стена с башнями и узкими воротными въездами. В домах найдены большие сосуды для хранения зерна. Местное население выращивало пшеницу, ячмень и просо. Кроме того, жители Трои I разводили коров, свиней, овец и коз. Пищу готовили в печах. Находки орудий труда и оружия из камня сравнительно редки: это ножи и вкладыши серпов из кремня, сверленые боевые топоры, молоты, а также навершия булав из нефрита и обсидиана. Множество пряслиц и грузил для ткацкого стана свидетельствуют о широком распространении ткачества.
Керамика все еще изготовлена без помощи гончарного круга. Это серая, коричневая или красная посуда, иногда украшенная резным геометрическим орнаментом, заполненным белой пастой. Типичны сосуды на кольцевом поддоне, кувшины с наискось срезанным горлом, трехногие кувшины и горшки.
Хозяйственные и торговые связи троянского или западноанатолийского очага металлургии ведут в основном в сторону Балканского полуострова, в пределы очага металлообработки Эзеро. Он сопряжен с территорией одноименной культуры и охватывал в III тыс. до н.э. северо-восток Балкан и долину Нижнего Дуная. Эти очаги роднят сходные по составу мышьяковые бронзы и аналогичные типы тесел, долот и кинжалов. Однако балканская металлообработка имеет и отличия, которые проявляются в спорадическом применении наряду с мышьяковым металлом чистой меди. Кроме того, здесь отливались в значительных сериях втульчатые топоры с длинным клинком, весьма редкие в Анатолии. На Балканах имеются и литейные формы для изготовления таких топоров. Мастера очага Эзеро, вероятно, работали на привозном сырье.
Параллели между Анатолией и Северо-Восточными Балканами в раннем бронзовом веке не ограничиваются металлическими изделиями. В верхних напластованиях Эзеро встречена керамика, сходная с посудой Трои I. Значительную близость обнаруживают орудия труда и оружие обеих культур из камня, кремня, кости и рога, а также украшения. Вероятно, на территории Балкано-Дунайского региона, северо-западной Анатолии и некоторых эгейских островов развивалась близкая культура, носителей которой можно считать этнически родственными племенами.
Специфическим характером отличается лишь топография поселков и характер строительства жилищ. Телли культуры Эзеро располагаются преимущественно возле рек, озер или других водных источников. Б?льшая часть поселений построена на остатках теллей энеолита, но никакой связи с предшествующей эпохой новая культура не обнаруживает. Некоторые телли обнесены каменными стенами. Само Эзеро в поздний период своего существования имело двойную линию обороны. Жилые дома построены из переплетенных лозой деревянных стоек, обмазанных глиной. В большинстве из них найдены подковообразные в плане массивные печи, открытые очаги, площадки для сушки зерна, зернотерки.
Основой жизнеобеспечения являлись земледелие (ячмень, пшеница, вика, горох, виноград) и скотоводство (мелкий рогатый скот и свиньи). Типичный для энеолита крупный рогатый скот утрачивает свое численное превосходство.
Таким образом, специфика Эзеро и других культур Балкано-Карпатского региона в раннем бронзовом веке свидетельствует о резком разрыве с традициями местного энеолита. Наблюдается явная «варваризация» культуры и вытеснение местного населения племенами степняков-скотоводов.
В истории южной зоны ЦМП на фазе раннего бронзового века заметно выделяется куро-араксский металлургический очаг Закавказья. Племена куро-араксской культуры занимали территорию Южного и Центрального Закавказья, Восточной Анатолии, Северо-Западного Ирана, Дагестана, Чечни, Ингушетии, отчасти Северной Осетии. Производственные центры по выплавке и переработке металла, по-видимому, тяготели к богатым медным месторождениям Малого Кавказа. Большинство металлического инвентаря куро-араксской культуры изготовлено из сплавов меди с мышьяком. Отливались орудия, в целом характерные для ЦМП, но известны и специфические формы изделий: топоры-клевцы, штыки, черенковые наконечники копий, серпы.
Поселения расположены не только в равнинных, но и в предгорных и даже горных районах. Плотность населения была очень высокой. Дома — круглые, с коническими крышами, вымощены галькой. В центре вымостки помещался круглый очаг из глины. Рядом с ним нередко находят глиняные очажные подставки подковообразной формы. Яркие образцы подобных построек с очагами прослежены на поселении Шенгавит, раскопанном на территории Еревана. Круглые постройки Шенгавита окружены каменной стеной с башнями и рвом.
На поселениях найдено много темно-серой, черной, красной, лощеной до блеска посуды. Это кувшины яйцевидной формы, крупные широкогорлые сосуды с округлым туловом, горшки биконической формы. Иногда они снабжены специфическими ручками в виде полушарий. Наряду с неорнаментированной, встречается керамика с рельефным и нарезным орнаментом. Чаще всего это закрученные спирали, концентрические круги, ромбы, треугольники; известны изображения людей и животных.
Основой жизнеобеспечения племен куро-араксской культуры были земледелие и скотоводство. Сеяли различные виды пшениц, ячменей, проса. Культивировали также лен, который использовался для изготовления тканей. Даже в высокогорных поселениях находят запасы зерна, исчисляемые десятками килограммов (Галгалатли в Дагестане). Посевы пшеницы и ячменя доходят в эту эпоху до отметки 2500 м над уровнем моря. В горах осваиваются сложные системы ирригации, развивается террасное земледелие. Находка роговой сохи на поселении Квацхелеби (Грузия) свидетельствует о применении тягловой силы животных в землепашестве.
Скотоводство развивалось в полукочевой, отгонной форме. В стаде преобладал мелкий рогатый скот; крупный, а также лошадь, представлен незначительным числом особей. Лошадь, скорее всего, попала на Кавказ от степных народов.
Люди куро-араксской культуры хоронили своих соплеменников в грунтовых могильниках, а иногда под курганными насыпями вблизи поселений. Поза погребенных обычно была скорченной, ориентация — произвольной. Могильные ямы отличались самой разнообразной формой (подковообразные, прямоугольные, с обкладкой стен сырцовым кирпичом или плитами камня).
Куро-араксская культура, по-видимому, имеет местные, закавказские корни. Ее хронология, судя по радиоуглеродным датам, укладывается в пределы XXIX-XXIII вв. до н.э. Однако истоки культуры, возможно, уходят в IV тыс. до н.э.
На Северном Кавказе одновременно с куро-араксским очагом развертывалась деятельность майкопского металлургического очага, связанного с ареалом одноименной культуры. Его история охватывала время от конца IV до третьей четверти III тыс. до н.э. Майкопская культура занимает предгорную и степную зону Северного Кавказа от Таманского полуострова и Прикубанья до Чечни и Ингушетии. В этой культуре представлен стандартный набор «циркумпонтийских» металлических изделий (втульчатые топоры, плоские тесла, долота с желобчатым лезвием и утолщением на тыльной части орудия, четырехгранные шилья, черенковые ножи-кинжалы). Он дополняется весьма специфическими по форме втульчатыми двузубыми «вилками», так называемыми металлическими «псалиями», котлами и черпаками. Типологическая обособленность некоторых видов майкопского инвентаря, специфика химического состава его металла (сплавы, обогащенные мышьяком, а иногда и никелем) свидетельствуют о местном его производстве.
Продукция майкопского очага включала не только орудия и оружие из бронзы, но и огромное количество изделий из драгоценных металлов — золота и серебра. Это разного рода украшения и великолепные сосуды, полученные выколоткой из тонкого листа—заготовки.
Майкопская культура представлена редкими поселениями и многочисленными погребениями под курганами с большими могильными ямами. На позднем этапе появляются подкурганные каменные гробницы и дольмены. Дольменами называют сооружения из тяжелых каменных глыб, четыре из которых поставлены вертикально, а пятая, перекрывающая их сверху, лежит горизонтально.
К раннему этапу майкопской культуры относится курган, раскопанный в Майкопе, на реке Белой, притоке Кубани. Под насыпью высотой 11 м находилась огромная могильная яма, которая делилась деревянными перегородками на три камеры: южную, северо-западную и северо-восточную. В каждой камере размещалось захоронение. В южной — большей камере на галечном полу лежал мужчина, в двух других — женщины. Все они находились в скорченном положении и были засыпаны красной охрой.
Главным было погребение мужчины. На его костяке найдено множество золотых пластин в виде львов, быков, розеток, а также колец и бусин из золота, сердолика, бирюзы, лазурита. Рядом с костяком лежало 6 серебряных стержней, длина которых достигала более 1 м. На четырех из них были насажены скульптурные фигурки быков, две золотых и две серебряных. По-видимому, стержни поддерживали балдахин, возвышавшийся над погребением. У стенки ямы стояли золотые и серебряные сосуды. На двух серебряных сосудах имелись чеканные изображения. На одном сосуде изображен целый пейзаж с горами, деревьями, реками и животными; на другом сосуде показаны только вереницы животных. Ломаная, неправильная линия горных вершин, изображенная на первом сосуде, по-видимому, соответствует очертаниям Кавказского хребта, как он виден из Майкопа, и это позволяет говорить о его местном производстве. Анализ изображений на втором сосуде позволил установить их значительную близость месопотамской торевтике эпохи Джемдет-Наср, что может свидетельствовать о его ближневосточном происхождении. Кроме серебряных и золотых сосудов, покойника сопровождали сосуды из бронзы и глины, а также набор бронзовых орудий труда и оружия.
Курган в Майкопе был насыпан, по-видимому, над прахом родового вождя. Он свидетельствует об имущественной дифференциации майкопского общества. Близкие Майкопскому кургану по обряду, но бедные по инвентарю погребения известны на Северном Кавказе повсюду.
Чрезвычайно богатые курганы позднего этапа майкопской культуры сосредоточены в Закубанье, у станицы Новосвободной. Инвентарь поздних погребений приобретает более многообразный характер, но также отличается поразительным богатством. Он включает сверленые каменные топоры, вкладыши серпов, кремневые наконечники стрел, серебряные булавки, бусы и кольца из золота, различные сакральные предметы, чернолощеную посуду с орнаментом в виде налепных шишечек, множество бронзовых изделий. Они в целом повторяют отмеченные выше находки. Но среди них встречаются и совершенно уникальные вещи. К примеру, в одном из курганов Новосвободной найден бронзовый меч длиной 63 см. Это древнейшее оружие подобного типа, неизвестное даже в ближневосточных памятниках.
Среди поселений майкопской культуры иаиболее изучено Галюгаевское поселение на среднем Тереке. Стены наземных жилищ овально-круглой формы сделаны из вертикальных столбиков, досок, прутьев, обмазанных глиной. На земляном полу обнаружены остатки открытых очагов, рядом с которыми найдены грузики к ткацким станам, зернотерки, терочники, вкладыши серпов, бронзовые вещи (мотыга, обломки кинжала). Обильно представлена посуда (пифосы, кувшины, горшки, миски, чаны). Часть посуды изготовлена с помощью гончарного круга — древнейшего устройства такого рода на всей территории Восточной Европы.
Хозяйство майкопских племен основывалось на сочетании мотыжного земледелия и придомного скотоводства. Остатки злаков не найдены, но известны орудия для обработки почвы. Стадо состояло из мелкого и крупного рогатого скота, свиней, лошадей.
Майкопская культура имеет двуприродный характер. В конце IV тыс. до н.э. на Северный Кавказ начали проникать отдельные группы населения с Ближнего Востока. Они принесли с собой ряд технических и культурных достижений (гончарный круг, украшения из золота и серебра, редкие технологии обработки металлов). Смешавшись с местным населением, пришельцы создали оригинальную культуру раннего бронзового века.
К северу от зоны обитания майкопских племен, в степном Поволжье и Причерноморье простирался обширный мир степных скотоводческих народов. С ним связан ряд культур и культурно-исторических общностей. В их ряду особая историческая роль отводится ямной общности, входившей в северную зону ЦМП. Ее история охватывает время от начала III тыс. до н.э. до его последней четверти. Ямные памятники известны от Южного Приуралья на востоке до Молдавии, Северных Балкан и даже Среднего Подунавья на западе. На этой огромной территории выделяется более десяти локальных вариантов ямной общности.
Культура ямных племен известна нам преимущественно по раскопкам курганных погребений (около десяти тысяч). Как правило, данные курганы представляют из себя сложные архитектурные сооружения. По основанию насыпи их часто опоясывают круговые рвы, иногда встречаются сооружения из камня — кольца из уложенных плашмя или вкопанных вертикально плит — так называемые кромлехи. Внутри насыпи отмечаются остатки истлевших столбов, плах, дощатых облицовок. Сами насыпи возведены над ямами, от которых и произошло название этой археологической общности. Костяки лежат в них на спине с поднятыми коленями, иногда на боку, часто окрашены охрой.
Погребения в основном безынвентарны, а в редких случаях сопровождаются сосудами, кремневыми стрелами, скребками, ножами, костяными шильями и рыболовными крючками, костяными булавками с молоточковидными головками и металлическими изделиями. Однако известны и богатые захоронения. К примеру, в Болдыревском I могильнике в Оренбургской области под одним из самых крупных курганов покоилось тело мужчины, уложенное на правый бок. Оно было покрыто циновкой из органических волокон, украшенной аппликацией из белой коры в виде развернутых крыльев птицы. Голова покойного была увенчана «короной» из белой коры. Инвентарь, помещенный в могилу, был уложен вокруг диска (или чаши) из метеоритного железа, посыпанного охрой и имевшего, скорее всего, сакральный характер. В его составе — тесло-рубанок из меди с приваренным из метеоритного железа лезвием, долото, шило, нож, втульчатый наконечник копья и кинжал. Пышный погребальный ритуал, богатство инвентаря указывают на высокий социальный статус захороненного. Возможно, это вождь племени или союза племен.
Ямная керамика чаще всего круглодонна, сосуды отличаются яйцевидными очертаниями. Они украшены горизонтальными зонами насечек, отпечатков гребенчатого штампа и перевитого шнура. На заключительных этапах развития общности появляется плоскодонная посуда.
В ямных курганах изучены погребения с деревянными повозками. Особенно много открыто их в степях Украины (Аккермень, Сторожевая Могила), а также в Калмыкии. Повозки выступают в двух типах: 1) с кузовом в виде ящика на двух или четырех колесах; 2) с фургонным перекрытием. Повозка второго типа могла служить подвижным жилищем.
Распространение повозок и всадничества положило начало более широкому, чем в энеолите, распространению подвижных форм скотоводства. Вполне вероятно, что ямное кочевничество было основано на сезонных перемещениях населения вместе со стадами в пределах территорий, тяготеющих к речным долинам. В стаде преобладали овцы, козы и крупный рогатый скот; скромное место принадлежало лошади.
Поселения ямной культурно-исторической общности изучены хуже, чем погребальные памятники: на востоке, в древнейшем ареале ямных племен, известны только временные, сезонные стоянки. Единичные стационарные поселки со следами длительного обитания раскопаны на западе, преимущественно в Поднепровье (Михайловка на Нижнем Днепре). Здесь, в зоне контактов ямных племен с раннеземледельческим населением, они оседали на землю и переходили к смешанным, скотоводческо-земледельческим формам хозяйства. Наряду с остатками домашнего скота (коровы, овцы, лошади) в Михайловском поселении найдены мотыги, вкладыши серпов; земледелие здесь, безусловно, существовало, хотя и играло второстепенную роль.
Многие исследователи полагают, что генетические корни ямного населения следует связывать с хвалынско-среднестоговскими племенами энеолита. Предполагается, что основной импульс, который привел к широкому распространению ямных племен на юге Восточной Европы, шел с востока на запад. Однако, сам процесс формирования ямной общности, этнически явно неоднородной, происходил в сложном взаимодействии различных групп населения каспийско-черноморских степей.
В ареале ямной общности функционировали по крайней мере два очага: приднепровский — металлообрабатывающий и волго-уральский — металлургический. Первый охватывал значительную часть Правобережной Украины и Молдовы; второй действовал на Южном Урале, в среднем и нижнем Поволжье.
Приднепровский очаг возник под влиянием импульсов, идущих с Балкан и Северного Кавказа; роль последнего была решающей. Здесь господствовали мышьяковые бронзы, близкие майкопским и культуре Эзеро. Продукция очага представлена двулезвийными кинжалами, ножами-бритвами, теслами, втульчатыми топорами, шильями. В поздних напластованиях Михайловского поселения, кроме самих орудий из металла обнаружены инструменты и приспособления, связанные с процессом их обработки (каменные наковальни, глиняные сопла и др.). О развитии местной обработки металла говорят и погребения литейщиков, открытые на острове Самарском близ Днепропетровска и у с.Верхняя Маевка в междуречье Орели и Самары — левых притоков Днепра. Они сопровождаются кузнечными инструментами и глиняными двустворчатыми литейными формами для отливки заготовок втульчатых топоров.
Исходный кавказский импульс, по-видимому, сказался на формировании южноуральского ямного металлургического очага. Это воздействие заметно прежде всего в типах выпускаемых здесь ножей и топоров. Но сам металл резко отличался от кавказского. Его рудным источником является месторождение Каргалы близ Оренбурга. Плавка его минералов давала «чистую» медь. В могильниках Южного Приуралья известны уникальные медные предметы, не имеющие аналогов в других ареалах ямной общности (втульчатые долота, топорик-клевец, тесло-рубанок и др.).
В степной зоне Северо-Западного Причерноморья выделяется также усатовский очаг металлообработки. Он сопоставляется с одноименной усатовской культурой, хотя, видимо, более оправданно говорить не об особой культуре, а об усатовском локальном варианте позднего Триполья, испытавшем сильное влияние майкопских и ямных племен.
Поселения и могильники усатовского типа рассеяны между низовьями Прута и Дуная на западе и низовьем южного Буга на востоке. Поселения (Усатово, Маяки под Одессой) расположены на краях высоких плато, по берегам рек или лиманов; иногда они укреплены рвами. Характерны углубленные полуземляночные и наземные жилища.
Могильники — курганные и грунтовые — часто сосредоточены в одном месте. Так, в Усатове находятся по два курганных и грунтовых могильника, в Маяках — один курганный и один грунтовый. Курганы опоясаны в основании кромлехами, в которые часто вставлены вертикальные каменные плиты с изображением людей и животных. Считается, что эти сооружения связаны с культом солнца. Обряд погребения в курганных и грунтовых могильниках сходен: это захоронения в ямах, обычно в скорченном виде, преимущественно на левом боку. Погребальный инвентарь богаче в курганах, которые, видимо, насыпаны над захоронениями вождей или жрецов. Здесь много кухонной и столовой керамики, орудий труда и оружия — каменных топоров, кремневых скребков, наконечников стрел, роговых мотыг, проколок. Из курганных погребений происходит и б?льшая часть бронзовых и серебряных изделий (шилья, плоские топоры, кинжалы, ножи, долота, пронизки, височные кольца). Использование мышьяковых бронз намечает связи усатовского очага, с одной стороны, с Кавказом, а с другой — с металлообработкой типа Эзеро в Болгарии. Заметны в местном металлопроизводстве и следы предшествующих трипольских традиций.
Основная отрасль хозяйства усатовцев — скотоводство (преимущественно овцеводство), наряду с ним известны земледелие, охота, собирательство. По радиоуглеродным данным, усатовская группа памятников датируется второй половиной III тыс. до н.э.
Завершая характеристику раннего бронзового века в пределах ЦМП, отметим, что в системе его очагов на территории Восточной Европы наблюдалось разное по силе воздействие трех горно-металлургических областей: Кавказа, Балкано-Карпатья и Урала. Распространение кавказских влияний четко прослеживается по путям движения сырьевого металла и отчасти готовых изделий: один путь шел вдоль побережий Азовского и Черного морей в Северное Причерноморье, другой, менее интенсивный, — вдоль Волги с ответвлением на Южный Урал. Воздействие Балкано-Карпатского региона выражено слабее, хотя его сырье доходило до Среднего Поднепровья. Роль Южного Урала в развитии металлургии раннего бронзового века в пределах ЦМП выглядит еще скромнее. Уральский металл, связанный с Каргалинским медно-рудным комплексом, расходился только в пределах Поволжья и Приуралья. Таким образом, направление и протяженность культурных и торгово-обменных контактов III тыс. до н.э. на юге Восточной Европы, в северной зоне ЦМП, в значительной степени определялись движением металла разных рудных источников.

Posted in Археология


Добавить комментарий